shraibman (shraibman) wrote,
shraibman
shraibman

Categories:

КОММУНИЗМ РАБОЧИХ СОВЕТОВ В ГЕРМАНИИ. ЧАСТЬ 1


Хенк Канне-Майер

 

Хенк Канне-Майер (1890 - 1962), рабочий-металлист, позднее учитель, работал в «Группе Интернациональных Коммунистов» и вместе с Яном Аппелем некоторое время был лидером голландской Коммунистической рабочей партии.

Перевод В.Граевского

 

 

 

Начало революции

 

В ноябре 1918 г. германский фронт рухнул. Солдаты дезертировали тысячами. Вся военная машина развалилась. Тем не менее, морские офицеры решили дать последний бой, чтобы спасти свою честь. Матросы отказались повиноваться. Это было не первое их выступление, но все предыдущие были подавлены пулями и приказами. На сей раз непосредственной преграды уже не было; сперва на одном военном корабле, затем и на других было поднято красное знамя. Матросы избрали делегатов, которые создали Совет. С этого момента они вынуждены были делать все, чтобы движение расширялось. Они не хотели гибнуть в борьбе с врагом, но если бы они остались в изоляции, вмешались бы так называемые лояльные воинские части, вспыхнула бы новая борьба и наступило новое подавление. Матросы покинули свои корабли и захватили большой гамбургский порт; оттуда они поездами или другими способами отправились по домам.

Жест освобождения был совершен. Отныне события опережали друг друга. В Гамбурге матросов встретили с восторгом; солдаты и рабочие солидаризировались с ними и также создали Советы. Хотя эта форма организации была до тех пор практически неизвестна, в течении четырех дней плотная сеть рабочих и солдатских Советов покрыла всю страну. Возможно, люди слышали о российских Советах 1917 года, но наверняка очень мало: об этом позаботилась цензура. В любом случае, эту форму борьбы тогда не предлагала ни одна партия, ни одна организация.

 

Предшественники Советов

 

Но уже во время войны на германских фабриках появились организации, которые можно сравнить с Советами. Они были образованы в ходе стачек выборными ответственными, которых называли «доверенные лица». Профсоюзы наделяли их небольшими функциями; они должны были, в соответствии с немецкой профсоюзной традицией, осуществлять связь между рядовыми работниками и профсоюзами, передавая профсоюзному руководству в центре требования рабочих снизу. Во время войны чаще всего случались жалобы на интенсификацию труда или повышение цен. Но германские профсоюзы - как и в других странах - вошли в единый фронт с правительством и гарантировали, таким образом, социальный мир в обмен на небольшие улучшения для рабочих и участие профсоюзных вождей в официальных учреждениях. От этого страдали и доверенные лица. «Радикалы» рано или поздно призывались в армию и отправлялись в специальные подразделения. Было очень трудно отстаивать свою позицию вопреки профсоюзам.

В итоге доверенные лица прекратили информировать профсоюзы - что им было нетрудно -, но ситуация, а значит, и требования рабочих оставались, тем не менее, теми же самыми; они организовывались втайне. В 1917 г. страну внезапно сотрясла волна диких стачек. Это движение было стихийным и не руководилось никакой твердой организацией. Если оно, тем не менее, проходило с известной сплоченностью, то лишь потому, что ему предшествовали дискуссии и договоренности между отдельными фабриками, поскольку доверенные лица перед акцией установили связи между собой.

В этих движениях, порожденных невыносимым положением, в отсутствии какой-либо организации, к которой существовало бы хотя бы минимальное доверие, различные политические воззрения рабочих (социал-демократические, религиозные, либеральные, анархистские и др.) отступили на задний план перед лицом веления часа. Трудящиеся массы были вынуждены сами принимать решения на уровне фабрик. Осенью 1918 г. эти движения, имевшие до тех пор лишь спорадический характер и более или менее связанные между собой, приобрели прочную и всеобщую форму. Параллельно классическим аппаратам управления (полиции, трудовому ведомству, снабженческому ведомству и т.д.), а иногда вместо них рабочие Советы взяли в свои руки власть в важнейших промышленных центрах: Берлине, Гамбурге, Бремене, Рурской области, в Средней Германии, в Саксонии. Но их успехи были минимальны. Почему?

 

Легкая победа

 

Эта безрезультатность проистекала из самой легкости, с которой создавались рабочие Советы. Государственный аппарат утратил всякий авторитет; если он то тут, то там разваливался, то отнюдь не в результате ожесточенной, упорной борьбы самих рабочих. Их движение натолкнулось на пустоту и поэтому могло без больших трудностей расширяться, без необходимости вести борьбу и думать о борьбе. Единственная цель, о которой велась речь, была цель всего народа: мир.

В этом состоит одно из важнейших отличий от российской революции. В России первая революционная волна, Февральская революция, разбила царский режим, но война продолжалась. Поэтому движение объединенных рабочих было вынуждено усиливать свой нажим, должно было показать свою решительность и смелость. Но в Германии первое требование народа - мир было незамедлительно исполнено; кайзеровское господство без церемоний уступило место республике. Но что это будет за республика?

Пред войной у рабочих на сей счет не было расхождений. Рабочая политика, которая как в теории, так и на практике делалась социал-демократической партией и профсоюзами, принималась и признавалась большинством организованных рабочих. Для членов социалистического движения, которое сформировалось в ходе борьбы за парламентскую демократию и социальные реформы и на которое эта борьба наложила отпечаток, буржуазно-демократическое государство призвано было в один прекрасный день стать рычагом социализма. Достаточно будет завоевать большинство в парламенте, и социалистические министры затем шаг за шагом национализируют экономическую и социальную жизнь, и это будет социализм.

Существовало тогда и без сомнения революционное течение, наиболее известными представителями которого были Карл Либкнехт и Роза Люксембург. Но это течение никогда не занимало четкой оппозиции против государственнического социализма; оно лишь образовало оппозицию внутри старой партии, и для рядовых людей это оппозиционное направление не было ясно отделено от всей партии.

 

Новые концепции

 

Тем не менее, в дни больших массовых движений 1918-1921 гг. проявились и новые представления. Они не были делом мнимого авангарда, а вырабатывались самими массами. Самостоятельная активность рабочих на практике нашла свою организационную форму: Советы, эти новые организации, действовали вполне в духе класса. И поскольку существует теснейшая связь между формами борьбы, созданными классовой борьбой, и представлениями о будущем, естественно, что старые представления начали шататься. Теперь рабочие сами вели свою борьбу, вне партийного и профсоюзного аппарата; идея о том, что массы через Советы должны оказывать прямое влияние на общественную жизнь, начала обретать очертания. Лишь в этих рамках возможна «диктатура пролетариата», такая, которая не осуществляется партией, а служит выражением осуществленного наконец единства всего трудового народа. Конечно, такое общественное устройство не является демократическим в буржуазном понимании, поскольку та часть народа, которая не принимает участия в новой организации общественной жизни, не имеет голоса ни при обсуждении, ни при голосовании.

Мы сказали, что старые представления начали исчезать. Но стало ясно, что профсоюзные и парламентские традиции слишком глубоко укоренились в массах, и не могут исчезнуть за такой короткий срок. Буржуазия, социал-демократическая партия и профсоюзы напоминали об этих старых традициях. Особенно партия высокими словами приветствовала эту новую форму, посредством которой массы могли участвовать в общественной жизни. Она пошла еще дальше и потребовала, чтобы эта новая форма прямого господства была признана и подтверждена законом. Но выражая им свою симпатию, старое рабочее движение приблизилось к Советам, не отводя им соответствующего места, чтобы вступить с ними в конкуренцию. Требуя того, что называют рабочей демократией, старые партии и профсоюзы потребовали, чтобы в Советах были представлены все течения рабочего движения пропорционально их численности и значению.

 

Ловушка

 

Большая часть рабочих оказалась не в состоянии сопротивляться этим аргументам: они были в плену своих старых привычек. Так рабочие Советы превратились в объединения представителей социал-демократической партии, профсоюзов, левых социал-демократов, потребительских кооперативов и т.д., а также делегатов от фабрик. Важно при этом, что эти Советы были уже не органами групп рабочих, объединенных жизнью на фабрике, а формированиями, которые использовались старым рабочим движением и открывали дорогу реставрации капитализма на уровне демократического государственного капитализма.

Это означало поражение усилий рабочих. Фактически и делегаты в Советах теперь получали директивы не от массы, а от соответствующих организаций. Они просили рабочих позволить, наконец, снова утвердиться «порядку» и уважать его, заявив, что «беспорядок не есть социализм». При этих условиях Советы вскоре утратили свое значение в глазах рабочих. Буржуазным институтам удалось возобновить свою работу, ни в малейшей степени не заботясь о мнении Советов; именно в этом и состояла цель старого рабочего движения.

Старое рабочее движение могло гордиться своей победой. Принятый парламентом закон изложил все права и обязанности Советов вплоть до мельчайших деталей. Они должны были наблюдать за осуществлением социальных законов, такова их задача. Иными словами, по своему значению они превратились в колесико государственной машины; они приняли участие в развитии государственной машины, вместо того, чтобы ее разрушить. В массах традиции оказались гораздо сильнее, нежели результаты стихийного действия.

Несмотря на эту «неудавшуюся революцию» нельзя сказать, что победа консервативных элементов была простой и легкой. Новая духовная ориентация оказалась достаточно сильной, чтобы сотни тысяч рабочих ожесточенно боролись за сохранение Советами их характера нового классового единства. Это заняло пять лет непрерывных столкновений и подчас даже вооруженной борьбы, и понадобилась бойня 35 тысяч рабочих, прежде чем движение Советов было окончательно побеждено объединенным фронтом буржуазии, старого рабочего движения и белой гвардии, созданной прусским юнкерством и реакционными студентами.

 

Политические течения

 

Со стороны рабочих можно в общих чертах выделить четыре политических направления:

а) социал-демократы. Они хотели, используя парламентский, путь постепенно национализировать крупную промышленность. Они имели тенденцию также к тому, чтобы предоставить профсоюзам исключительно роль посредников между государственным капталом и рабочими.

б) коммунисты. Более или менее вдохновляясь российским примером, это направление выступало за прямую экспроприацию капиталистов массами. В соответствии с их концепциями, рабочим отводилась задача «завоевать» и «революционизировать» профсоюзы.

в) анархо-синдикалисты. Они выступали против политической власти и любого государства. По их представлениям, профсоюзы представляли собой форму будущего, поэтому следовало бороться за то, чтобы они стали как можно сильнее и оказались в состоянии управлять всей экономической жизнью. Один из известнейших теоретиков этого направления в 1920 г. писал, что профсоюзы следует рассматривать не как переходный продукт капитализма, а как зародыш будущего социалистического общества. В 1919 г. казалось, что настал час этого движения. После краха Германской империи эти профсоюзы стали быстро расти. В 1920 г. в анархистских профсоюзах насчитывалось около 200 тысяч членов.

г) но в том же году действенность профсоюзов стала сокращаться. Большая часть их приверженцев обратилась к совершенно другой форме организации, которая лучше подходила к условиям борьбы - революционной фабричной организации. На каждой фабрике существовала или должна была существовать собственная организация, которая могла бы действовать независимо от других и на первом этапе не была бы связана с другими. Каждая фабрика оказывалась, таким образом, «независимой» и должна была полностью полагаться только на себя.

Эти фабричные организации были, без сомнения, творением масс, однако следует подчеркнуть, что они возникли в контексте революции, которая еще не была побеждена, но уже, по крайней мере, стагнировала.

Быстро выяснилось, что рабочие не могут непосредственно взять политическую и экономическую власть через Советы и организоваться; сперва им приходилось вести борьбу против сил, выступавших против Советов. Поэтому революционные рабочие начали с соединения своих сил на всех предприятиях, чтобы сохранить связь с социальной жизнью. С помощью пропаганды они пытались пробудить сознание рабочих, призвать их покинуть профсоюзы и встать на сторону революционных фабричных организаций; только так рабочие смогли бы сами вместе руководить своей борьбой и добиться экономического и политического контроля над всем обществом.

Казалось, рабочий класс сделал большой шаг назад в области организации. Раньше рабочие были централизованы в нескольких мощных организациях, теперь же они раскололись на сотни маленьких групп, в каждой из которых, в зависимости от величины фабрики, насчитывалось несколько сотен или тысяч борцов. В действительности же эта форма была единственной, позволявшей осуществлять прямую гегемонию рабочих; и, хотя эти новые организации были небольшими, они перепугали буржуазию, социал-демократию и профсоюзы.

 

 

 

Развитие фабричных организаций

 

Эти организации были изолированы друг от друга не из-за своих принципов. Просто они возникали то тут, то там, стихийно и самостоятельно, в ходе диких забастовок (например, шахтеров в Рурской области в 1919 г.). Существовала тенденция к объединению всех этих организаций с целью создать сплоченный фронт против буржуазии и ее подручных. Эта инициатива исходила в апреле 1920 г. из больших портов, Гамбурга и Бремена. Первая объединительная конференция, в которой приняли участие делегаты из всех важнейших промышленных регионов Германии, состоялась в Ганновере. Полиция ворвалась в зал и запретила конгресс. Но в действительности эта общая объединенная организация была уже создана; она смогла ясно определить важнейшие принципы своих действий. Эта организация приняла название «Всеобщий рабочий союз Германии» (ААУД). ААУД провозгласил важнейшим принципом борьбу против профсоюзов и отказ от парламентаризма. Каждая из организаций, входивших в союз, имела право на максимальную независимость и пользовалась максимальной свободой в выборе тактики.

В это время профсоюзы в Германии насчитывали больше членов, чем когда-либо за свою историю; они не достигли его снова даже сейчас. Только профсоюзы, находившиеся под контролем социалистов, охватывали 8 миллионов платящих членские взносы. В христианских профсоюзах было более миллиона членов, в рядах «желтых» профсоюзах - почти 300 тысяч. Помимо этого существовали анархо-синдикалистские организации, а также некоторые другие, позднее вступившие в руководимый Москвой Профинтерн. В самом начале ААУД насчитывал 80 тысяч рабочих (апрель 1920 г.), но он быстро рос и уже к концу года число его членов выросло до 300 тысяч. Конечно, организации, из которых состоял ААУД, в равной мере симпатизировали и ФАУД (анархо-синдикалистам) и Профинтерну. В декабре 1920 г. эти противоречия спровоцировали раскол внутри ААУД, и многие примкнувшие к нему организации вышли из него и создали новую организацию, названную ААУД-Е (ААУД - Единая организация – до 100.000 членов). После этого раскола ААУД заявлял на своем четвертом съезде в июне 1921 г., что в нем все еще насчитывается более 200 тысяч членов. В действительности эти цифры были весьма неточны: в марте 1921 г. поражение восстание в Средней Германии буквально сломало хребет ААУД. Ослабевшая организация уже не могла оказать действенного сопротивления начавшейся волне политических репрессий.

 

Коммунистическая партия Германии (КПГ)

 

Прежде чем мы остановимся на различных расколах в движении фабричных организаций, необходимо поговорить о компартии (КПГ). Во время войны и тем более после нее социал-демократия встала на сторону господствующего класса и сделала все для сохранения «социального мира». Единственным исключением было небольшое меньшинство товарищей и партийных функционеров, наиболее известными из которых были Роза Люксембург и Карл Либкнехт. Они вели активную пропаганду против войны и резко критиковали социал-демократию. Они были не одиноки. Вне этой группы, «Союза Спартака», существовали и другие группы, такие как «Интернационалисты» во Франкфурте и Дрездене, «Левые радикалы» из Гамбурга и «Рабочая политика» из Бремена. После ноября 1918 г. и краха империи эти группы, в известной степени ориентировавшиеся на российскую революцию, активно вступили в уличную борьбу, из которой должна была вырасти новая политическая организация. Наконец, в Берлине состоялся объединительный съезд; в первый его день была основана Коммунистическая партия (30 декабря 1918 г.)

Эта партия немедленно превратилась в центр притяжения для многих революционных рабочих, выдвинувших лозунг: «Вся власть Советам». Нужно учитывать, что основатели КПГ образовали кадры новой партии; часто они несли в новую организацию дух старой партии. Рабочие, которые теперь притекали в КПГ и использовали новые формы борьбы, не всегда осмеливались, из уважения к дисциплине, выступить против своих вождей и склонялись перед устаревшими концепциями. За словами о «фабричной организации» в действительности стояли разные представления. Можно было видеть в них, как это делали вожди КПГ, базовые организации, выполняющие присылаемые извне директивы: это была старая концепция. Можно указать и на целый ансамбль совершенно иных позиций и умонастроений. В этом смысле термин «фабричная организация» подразумевал ломку раннее устоявшихся идей о: а) единстве рабочего класса; б) тактике борьбы; в) соотношении руководства и масс; г) диктатуре пролетариата; д) связи между государством и обществом; е) коммунизме как экономической и политической системе.

Все эти проблемы практически вставали в ходе самой борьбы новых организаций. Следовало попытаться их разрешить, иначе эти новые формы борьбы были обречены на исчезновение. Необходимость идейного обновления стала насущной задачей; но кадры новой партии - даже если у них находилась смелость отказаться от старых позиций -  думали лишь о том, чтобы создать новую партию по образцу старой, но без ее плохих сторон, окрасив отныне цели в красный, а не розовый или белый цвет. Молодые радикальные товарищи из КПГ недостаточно резко и решительно противостояли своему руководству, они были слишком слабы и разрозненны.

 

 

Парламентаризм

 

КПГ с самого своего основания была расколота на различные лагеря по отношению к большому числу проблем, рожденных пончтием «фабричная организация». Временное правительство, возглавленное социал-демократом Эбертом, назначило выборы в Учредительное собрание. Должна ли новая партия принять в них участие, пусть даже с целью разоблачения? Этот вопрос вызвал острейшие споры на съезде. Большинство рабочих было против любого участия в выборах. Партийное руководство, в том числе Либкнехт и Люксембург, высказывалось, напротив, за избирательную кампанию. Руководство проиграло голосование, большинство партии объявило себя антипарламентским. Согласно представлениям большинства, Национальное собрание имело только одну функцию - усилить господство буржуазии, придав ему «законную» основу. С другой стороны, пролетарские элементы партии активно настаивали на требовании снова «активизировать» рабочие Советы или создать новые; они намеревались, возродив лозунг «Вся власть рабочим Советам!», подчеркнуть различие между парламентской и рабочей демократией.

Руководство КПГ усматривало в этом антипарламентаризме не прогрессивный момент, а шаг назад к синдикалистским и анархистским концепциям, сформировавшимся в начале индустриального капитализма. В действительности же антипарламентаризм нового политического течения имел не слишком много общего с революционным синдикализмом. Он отрицал эти концепции. Антипарламентаризм анархистов (либертариев) основывался на отрицании политической власти вообще, в частности, отрицании диктатуры пролетариата; новое же течение рассматривало антипарламентаризм как необходимое условие взятия политической власти (Впоследствии разница между анархистской концепцией организации нового общества и теориями сторонников рабочих Советов стала в значительной мере стираться. «Диктатура пролетариата» стала пониматься в значительной мере как сама революция (примечание переводчика).

Речь шла таким образом о «марксистском» антипарламентаризме.

 

Профсоюзы

 

В том, что касается профсоюзной деятельности, руководство КПГ, разумеется, по-разному оценивало «движение фабричных организаций». Это (и убийства Розы Люксембург и Карла Либкнехта) привело вскоре после съезда к ожесточенным спорам.

Пропагандисты Советов выдвинули вначале лозунги: «Выйдем из профсоюзов! Поддерживайте фабричные организации! Создавайте рабочие Советы!!!». Руководство же КПГ заявляло: «Оставайтесь в профсоюзах!». Оно не верило в возможность «завоевания» профсоюзов, но полагало, что удастся «завоевать» руководство в некоторых из местных профсоюзных организаций. Когда такая возможность реализуется, можно будет объединить местные организации в центральную, которая будет уже революционной.

Большинство секций КПГ отказалось последовать этим указаниям. Но руководство не отказывалось от своей позиции, даже ценой исключения большинства членов партии; его поддерживали российская компартия и ее вождь, Ленин. Эта позиция была проведена на съезде в Гейдельберге (октябрь 1919 г.), где руководству удалось с помощью махинаций «демократическим» путем исключить более половины членов партии... Теперь германская компартия могла проводить свою парламентскую и профсоюзную политику, имевшую все более жалкие результаты. Исключение революционеров позволило ей чуть позже объединиться с левой социал-демократической партией (НСДПГ) (октябрь 1920 г.) и увеличить число своих членов в четыре раза - правда, всего на 3 года. В то же самое время КПГ потеряла наиболее боевых своих членов и вынуждена была безусловно покориться воле Москвы.

 

Коммунистическая рабочая партия Германии (КРПГ)

 

Вскоре после этого исключенные члены создали новую партию - КРПГ. Она вступила в тесные отношения с ААУД. В массовых движениях последующих лет КРПГ была силой, с которой приходилось считаться. Ее воли и практики прямого действия боялись также сильно, как и ее критики партий и профсоюзов, ее разоблачения капиталистической эксплуатации во всех ее формах, но прежде всего на фабриках; ее пресса и издания часто были лучшей марксистской литературой из всего, имевшегося в то время упадка марксистского рабочего движения. И это несмотря на то, что КРПГ замкнулась в старых традициях.

 

КРПГ и расхождения в ААУД

 

Оставим теперь партии и вернемся к движению «фабричных организаций». Это новое движение ясно демонстрировало, что в сознании рабочих произошла важная перемена. Но изменения влекли за собой различные последствия; внутри ААУД сформировалось множество разных направлений мысли. Общее согласие было достигнуто лишь по следующим пунктам:

а) новая организация должна направить свои усилия на рост рядов;

б) ее организационная структура должна быть такой, чтобы предотвратить образование клик вождей;

в) когда в этой организации будут миллионы членов, она должна будет организовать диктатуру пролетариата.

По двум пунктам существовали непреодолимые противоречия:

а) о необходимости или ненужности политической партии помимо ААУД;

б) об управлении экономической и социальной жизнью.

Вначале ААУД поддерживал весьма слабые контакты с КПГ, и этих разногласий практически не возникало. С созданием КРПГ ситуация изменилась. ААУД стал тесно сотрудничать с КРПГ, причем вопреки воле большого числа своих членов, особенно в Саксонии, Франкфурте, Гамбурге и т.д. (не следует забывать, что Германия все еще оставалась сильно раздробленной, и эта раздробленность влияла и на жизнь рабочих организаций). Противники КРПГ критиковали ее как по существу ту же «клику вождей», и в декабре создали ААУД -Е, отвергавшую любую партию пролетариата как «специализированную» организацию, политическую партию.

 

Tags: коммунизм, ультралевые
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Венесуэла - Апокалипсис сегодня

    . Ну это, конечно, нечто. Напомню, что массовое обнищание венесуэльцев и продовольственный кризис развиваются в стране, обладающей крупнейшими в…

  • Куда делась Советская власть в 1918 г?

    Ю.О. Мартов о Советской власти и Собраниях уполномоченных фабрик и заводов. . Мы привычно называем режим в СССР или режим ранней большевистской…

  • Либертарный коммунализм и курды.

    . События в Бакуре (Турецкий Курдистан), где турецкое государство организовало волну насилия против курдского населения, способствовали ослаблению…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments